Дональд Трамп предъявил Ирану ультиматум на первом заседании Совета мира в Вашингтоне 19 февраля. Он заявил Тегерану, что в течение десяти-пятнадцати дней необходимо заключить “значимое” соглашение с США, иначе произойдут “очень плохие вещи”. Ранее пресс-секретарь Белого дома Каролайн Левитт сказала, что существует множество аргументов в пользу применения военной силы против Ирана.
Эти комментарии прозвучали на фоне сообщений о том, что последний раунд косвенных переговоров между двумя странами в Швейцарии 17 февраля принёс определённые результаты. Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи вышел с переговоров, заявив о “хорошем прогрессе”. Он добавил, что США и Иран достигли понимания относительно “руководящих принципов”.
Оценка американских представителей была менее позитивной. Несмотря на признание того, что “в некотором смысле” переговоры прошли хорошо, вице-президент США Дж. Д. Вэнс заявил, что Иран отказывается признавать ключевые требования США. Вашингтон хочет, чтобы Иран полностью демонтировал свою ядерную программу, сократил количество и дальность своих баллистических ракет и прекратил поддержку региональных прокси-групп.
После переговоров США продолжили усиливать своё военное присутствие на Ближнем Востоке. В регион были переброшены грузовые самолёты, истребители, самолёты-заправщики и авианосец, а вскоре ожидается прибытие второго авианосца. По данным New York Times, наращивание американских сил на Ближнем Востоке теперь достаточно для того, чтобы Трамп мог в любой момент отдать приказ о военных действиях.
Иран, похоже, готовится к противостоянию. Его вооружённые силы провели совместные учения с Россией 19 февраля, спустя несколько дней после того, как Ормузский пролив был временно закрыт в ходе боевых стрельб. И хотя Тегеран подчёркивает, что он “не стремится к напряжённости или войне”, Иран заявил в ООН, что в случае нападения будет рассматривать “все базы, объекты и активы враждебной силы” в регионе как “законные цели”.
Эти события произошли менее чем через неделю после того, как сотни тысяч людей, в основном из иранской диаспоры, вышли на демонстрации в разных городах мира. Они сделали это в знак солидарности с протестующими, которые в январе вышли на улицы Ирана с требованием смены режима.
В конце декабря протесты, начавшиеся из-за ухудшения экономических условий, быстро распространились по всей стране и стали одной из самых серьёзных угроз иранскому политическому истеблишменту со времён движения “Женщина, жизнь, свобода” 2022 года. Та волна протестов началась после смерти 22 летней женщины по имени Махса Амини в полицейском заключении.
На этот раз иранские власти ввели почти полное отключение интернета, создав общенациональную блокировку связи в попытке подавить волнения. По данным правозащитных организаций, были убиты тысячи людей, ещё больше получили ранения, были задержаны или остаются пропавшими без вести – это стало одной из самых жёстких репрессий в современной истории Ирана.
14 февраля в немецком городе Мюнхене, где собрались мировые лидеры на крупнейшую в Европе конференцию по вопросам безопасности, по данным местной полиции, на митинг вышло около 250 000 человек. Многие из участников держали флаги с изображением льва и солнца – символом Ирана, использовавшимся до исламской революции 1979 года, положившей конец династии Пехлеви.
На многих митингах также были видны израильские и американские флаги. Это широко воспринимается как призыв к иностранному вмешательству против духовного руководства Ирана. Во время волнений Трамп поднял вопрос о возможности военных действий США, призывая иранский народ продолжать протесты и заявляя, что помощь “уже в пути”. Теперь такие действия выглядят весьма вероятными.
На грани войны
Судьба Ирана висит на волоске. Размещение американских военных сил на Ближнем Востоке свидетельствует о том, что Трамп может готовиться к скорым военным действиям. Однако, несмотря на то что он не скрывает своего желания свергнуть иранский режим, всё ещё остаётся вероятность того, что Трамп согласится на дипломатическое соглашение с руководством страны.
Представители иранской оппозиции, включая находящегося в изгнании наследного принца Резу Пехлеви, заявляют, что подобная сделка лишь продлит существование Исламской Республики, а не ответит на требования народа Ирана о смене режима. В интервью американскому политическому комментатору Гленну Беку 11 февраля Пехлеви назвал переговоры между США и Ираном “ещё одной пощёчиной иранскому народу”.
Перспективы достижения какого-либо соглашения выглядят весьма слабыми. США и Иран остаются в фундаментальном разногласии по поводу ядерной программы Тегерана и не смогли заключить сделку с тех пор, как администрация Трампа в 2018 году вышла из предыдущего соглашения, которое было достигнуто при администрации Обамы.
Многие люди, включая вице-президента США, также скептически относятся к тому, что иранские власти уступят по дополнительным требованиям Вашингтона, касающимся баллистических ракет и прокси-групп, таких как ХАМАС и Хезболла, – независимо от того, будут ли им угрожать военными действиями.
Будущее Ирана остаётся туманным. Но одно несомненно: с войной или без неё иранский народ начал революцию, которая вышла за пределы их страны.
